Нападение гитлеровской Германии на СССР началось в 4 часа утра 22 июня 1941 года, когда немецкая военная авиация нанесла первые удары по ряду советских городов и стратегических военных и инфраструктурных объектов. Напав на СССР, Германия в одностороннем порядке разорвала пакт о ненападении между странами, заключённый двумя годами ранее сроком на 10 лет.

Предпосылки и подготовка нападения

В середине 1939 года СССР изменил курс своей внешней политики: крах идеи «коллективной безопасности» и заход в тупик переговоров с Великобританией и Францией заставил Москву пойти на сближение с гитлеровской Германией. 23 августа глава германского МИД И. фон Риббентроп прибыл в Москву. В тот же день стороны подписали Пакт о ненападении сроком на десять лет, а в дополнение к нему - секретный протокол, в котором оговаривалось разграничение сфер интересов обоих государств в Восточной Европе. Через восемь дней после подписания договора Германия напала на Польшу - началась Вторая мировая война.

Быстрые победы германских войск в Европе вызывали беспокойство в Москве. Первое ухудшение в советско-германских отношениях наступило в августе-сентябре 1940 года, и было вызвано предоставлением Германией внешнеполитических гарантий Румынии после того, как та вынужденно уступила СССР Бессарабию и Северную Буковину (это оговаривалось в секретном протоколе). В сентябре Германия направила свои войска в Финляндию. К этому времени германским командованием уже более месяца разрабатывался план молниеносной войны («блицкрига») против Советского Союза.

Весной 1941 года отношения между Москвой и Берлином снова резко ухудшились: не прошло и суток с момента подписания советско-югославского договора о дружбе, как германские войска вторглись в Югославию. СССР на это не отреагировал, равно как и на нападение на Грецию. После разгрома Греции и Югославии немецкие войска стали концентрироваться вблизи границ СССР. С весны 1941 года из разных источников в Москву поступали данные об угрозе нападения со стороны Германии. Так, в конце марта письмо Сталину с предупреждением, что немцы перебрасывают танковые дивизии из Румынии на юг Польши, направил британский премьер-министр У. Черчилль. О намерении Германии напасть на СССР докладывали ряд советских разведчиков и дипломатов - Шульце-Бойзен и Харнак из Германии, Р. Зорге - из Японии. Однако некоторые их коллеги сообщали об обратном, поэтому в Москве не торопились с выводами. По словам Г. К. Жукова, Сталин был уверен, что Гитлер не станет воевать на два фронта и не начнёт войну с СССР до завершения войны на Западе. Его точку зрения разделял начальник разведывательного управления генерал Ф. И. Голиков: 20 марта 1941 года он представил Сталину доклад, в котором заключил, что все данные о неизбежности скорого начала советско-германской войны «необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, может быть, германской разведки».

В условиях растущей угрозы конфликта Сталин взял на себя формальное руководство правительством: 6 мая 1941 года он занял пост председателя Совнаркома. Накануне он выступал в Кремле на приёме в честь выпускников военных академий, в частности, сказав, что стране пора перейти «от обороны к наступлению». 15 мая 1941 года нарком обороны С. К. Тимошенко и новоназначенный начальник Генштаба Г. К. Жуков представили Сталину «Соображения по плану стратегического развёртывания вооружённых сил Советского Союза на случай войны с Германией и её союзниками». Предполагалось, что Красная армия нанесёт удар по противнику в момент, когда вражеские армии будут находиться в стадии развёртывания. По свидетельству Жукова, Сталин и слышать не захотел о превентивном ударе по немецким войскам. Опасаясь провокации, которая могла бы дать Германии повод для нападения, Сталин запретил открывать огонь по немецким самолётам-разведчикам, с весны 1941 года всё чаще пересекавшим советскую границу. Он был убеждён, что, соблюдая предельную осторожность, СССР избежит войны или хотя бы оттянет её до более благоприятного момента.

14 июня 1941 года по распоряжению советского правительства ТАСС опубликовало заявление, в котором утверждалось, что слухи о намерении Германии разорвать пакт о ненападении и начать войну против СССР лишены всякой почвы, а переброска германских войск с Балкан на восток Германии, вероятно, связана с другими мотивами. 17 июня 1941 года Сталину доложили, что советский разведчик Шульце-Бойзен, сотрудник штаба немецкой авиации, сообщил: «Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время». Советский лидер наложил резолюцию, в которой назвал Шульце-Бойзена дезинформатором и посоветовал послать его куда подальше.

Вечером 21 июня 1941 года в Москве получили сообщение: фельдфебель немецкой армии, убеждённый коммунист, с риском для жизни пересёк советско-румынскую границу и сообщил, что утром начнётся наступление. Сведения были срочно переданы Сталину, и тот собрал у себя военных и членов Политбюро. Нарком обороны С. К. Тимошенко и начальник генштаба Г. К. Жуков, по словам последнего, попросили Сталина принять директиву о приведении войск в боевую готовность, но тот усомнился, предположив, что офицера-перебежчика немцы могли подбросить специально, дабы спровоцировать конфликт. Вместо директивы, предложенной Тимошенко и Жуковым, глава государства распорядился дать другую, короткую директиву, с указанием, что нападение может начаться с провокации немецких частей. 22 июня в 0 часов 30 минут этот приказ был передан в военные округа. В три часа ночи все собравшиеся у Сталина разошлись.

Начало военных действий

Рано утром 22 июня 1941 года немецкая авиация внезапным ударом по аэродромам уничтожила значительную часть советской авиации западных округов. Начались бомбёжки Киева, Риги, Смоленска, Мурманска, Севастополя и многих других городов. В декларации, зачитанной в этот день по радио, Гитлер заявил, что Москва якобы «предательски нарушила» договор о дружбе с Германией, поскольку концентрировала против неё войска и нарушала немецкие границы. Поэтому, говорил фюрер, он решил «выступить против иудейско-англосаксонских поджигателей войны и их помощников, а также евреев из московского большевистского центра» во имя «дела мира» и «безопасности Европы».

Наступление осуществлялось по заранее разработанному плану «Барбаросса». Как и в предыдущих военных кампаниях, немцы рассчитывали применить тактику «молниеносной войны» («блицкриг»): разгром СССР должен был занять всего восемь-десять недель и завершиться ещё до того, как Германия закончит войну с Великобританией. Планируя закончить войну до зимы, немецкое командование даже не позаботилось о заготовке зимнего обмундирования. Германские армии в составе трёх групп должны были наступать на Ленинград, Москву и Киев, предварительно окружив и уничтожив войска противника в западной части СССР. Во главе групп армий стояли опытные военачальники: группой армий «Север» командовал фельдмаршал фон Лееб, группой армий «Центр» - фельдмаршал фон Бок, группой армий «Юг» - фельдмаршал фон Рундштедт. Каждой группе армий придавался свой воздушный флот и танковая армия, у группы «Центр» их было две. Конечной целью операции «Барбаросса» должно было стать достижение линии Архангельск - Астрахань. Работу промышленных предприятий, расположенных восточнее этой линии - на Урале, в Казахстане и Сибири - немцы рассчитывали парализовать с помощью авиаударов.

Давая указания Верховному командованию вооружённых сил, Гитлер делал акцент на том, что война с СССР должна стать «конфликтом двух мировоззрений». Он требовал ведения «войны на уничтожение»: «носителей государственной политической идеи и политических руководителей» приказывалось не брать в плен и расстреливать на месте, что противоречило нормам международного права. Всех, кто окажет сопротивление, предписывалось расстреливать.

К моменту начала войны у советских границ было сосредоточено 190 дивизий Германии и её союзниц, из них 153 - немецкие. В их составе находилось более 90 % бронетанковых войск немецкой армии. Общая численность вооружённых сил Германии и её союзниц, предназначенных для нападения на СССР, составляла 5,5 млн человек. В их распоряжении имелось более 47 тысяч орудий и миномётов, 4300 танков и штурмовых орудий, около 6 тысяч боевых самолётов. Им противостояли силы пяти советских приграничных военных округов (с началом войны они были развёрнуты в пять фронтов). Всего в Красной армии насчитывалось свыше 4,8 млн человек, которые располагали 76,5 тысячами орудий и миномётов, 22,6 тысячами танков, примерно 20 тысячами самолётов. Впрочем, в приграничных округах из вышеперечисленного находились только 2,9 млн бойцов, 32,9 тысяч орудий и миномётов, 14,2 тысяч танков и более 9 тысяч самолётов.

После 4 часов утра Сталина разбудил телефонный звонок Жукова - тот сообщил, что началась война с Германией. В 4 часа 30 минут Тимошенко и Жуков снова встретились с главой государства. Тем временем, нарком иностранных дел В. М. Молотов по указанию Сталина отправился на встречу с германским послом В. фон дер Шуленбургом. До возвращения Молотова Сталин отказывался отдавать приказ о контрударах по вражеским частям. Разговор между Молотовым и Шуленбургом начался в 5 часов 30 минут. По поручению германского правительства посол зачитал ноту следующего содержания: «Ввиду нетерпимой далее угрозы, создавшейся для германской восточной границы вследствие массированной концентрации и подготовки всех вооружённых сил Красной армии, германское правительство считает себя вынужденным принять военные контрмеры». Глава НКИД тщетно пытался оспаривать сказанное послом и убеждать его в невиновности СССР. Уже в 5 часов 45 минут Молотов был в кабинете у Сталина вместе с Л. П. Берией, Л. З. Мехлисом, а также Тимошенко и Жуковым. Сталин согласился дать директиву об уничтожении врага, но подчеркнул, что советские части при этом нигде не должны нарушать немецкую границу. В 7 часов 15 минут соответствующая директива была отправлена в войска.

Окружение Сталина полагало, что именно он должен выступить по радио с обращением к населению, но тот отказался, и вместо него это сделал Молотов. В своём обращении глава НКИД объявил о начале войны, отметил, что виной тому стала агрессия Германии, и выразил уверенность в победе СССР. В заключение речи он произнёс знаменитые слова: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!» Для того чтобы предупредить возможные сомнения и слухи по поводу молчания самого Сталина, Молотов добавил в первоначальный текст обращения несколько упоминаний о нём.

Вечером 22 июня по радио выступил премьер-министр Великобритании У. Черчилль. Он заявил, что в сложившейся ситуации его антикоммунистические воззрения отступают на второй план, и Запад должен оказать «России и русскому народу» всю помощь, какую только сможет. 24 июня с аналогичным заявлением в поддержку СССР выступил Ф. Рузвельт, президент США.

Отступление Красной армии

Всего только в первый день войны СССР потерял не менее 1200 самолётов (по немецким данным - более 1,5 тысяч). Были приведены в негодность многие узлы и линии связи - из-за этого Генштаб потерял контакт с войсками. Из-за невозможности выполнить требования центра командующий авиацией Западного фронта И. И. Копец застрелился. 22 июня в 21 час 15 минут Генштаб отправил войскам новую директиву с предписанием немедленно перейти в контрнаступление, «не считаясь с границей», в течение двух дней окружить и уничтожить главные силы противника и к исходу 24 июня овладеть районами городов Сувалки и Люблин. Но советским частям не удалось не только перейти в наступление, но и создать сплошной оборонительный фронт. Немцы имели тактическое преимущество на всех фронтах. Несмотря на огромные усилия и жертвы и на колоссальный энтузиазм бойцов, остановить наступление противника советским войскам не удалось. Уже 28 июня немцы вошли в Минск. Из-за потери связи и паники на фронтах армия стала почти неуправляема.

Сталин первые 10 дней войны находился в состоянии шока. Он часто вмешивался в ход событий, по нескольку раз вызывал в Кремль Тимошенко и Жукова. 28 июня, после сдачи Минска, глава государства уехал к себе на дачу и три дня - с 28 по 30 июня - безвыездно находился там, не отвечая на звонки и никого к себе не приглашая. Только на третий день ближайшие соратники приехали к нему сами и уговорили вернуться к работе. 1 июля Сталин прибыл в Кремль и в тот же день встал во главе новообразованного Государственного Комитета обороны (ГКО) - чрезвычайного органа управления, получившего всю полноту власти в государстве. В ГКО, помимо Сталина, вошли В. М. Молотов, К. Е. Ворошилов, Г. М. Маленков, Л. П. Берия. Позднее состав комитета неоднократно менялся. Через десять дней Сталин также возглавил Ставку верховного командования.

Чтобы исправить положение, Сталин распорядился отправить на Западный фронт маршалов Б. М. Шапошникова и Г. И. Кулика, но первый заболел, а второй сам попал в окружение и с трудом выбрался, переодевшись крестьянином. Ответственность на неудачи на фронтах Сталин решил переложить на военное командование на местах. Командующий Западным фронтом генерал армии Д. Г. Павлов и ещё несколько военачальников были арестованы и отправлены в военный трибунал. Их обвинили в «антисоветском заговоре», в целенаправленном «открытии фронта перед Германией», а затем в трусости и паникёрстве, после чего расстреляли. В 1956 году все они были реабилитированы.

К началу июля 1941 года армии Германии и её союзников заняли большую часть Прибалтики, Западной Украины и Белоруссии, подошли к Смоленску и Киеву. Глубже всего на советскую территорию продвинулась группа армий «Центр». Немецкое командование и Гитлер считали, что основные силы противника разгромлены, и конец войны близок. Теперь Гитлер задавался вопросом, как быстрее завершить разгром СССР: продолжить наступать на Москву или окружить советские войска на Украине либо в Ленинграде.

Версия о «превентивном ударе» Гитлера

В начале 1990-х годов В. Б. Резун, в прошлом - советский разведчик, бежавший на Запад, - под псевдонимом Виктор Суворов выпустил несколько книг, в которых утверждал, что в Москве планировали первыми ударить по Германии, и Гитлер, начав войну, лишь упредил нападение советских войск. Позднее Резуна поддержали некоторые российские историки. Однако анализ всех доступных источников показывает - если Сталин и собирался первым нанести удар, то в более благоприятной ситуации. По состоянию на конец июня-начало июля 1941 года он стремился оттянуть войну с Германией и не был готов к наступлению.

Одной из основ совкового представления о Второй Мировой является миф о том, что нападение Германии на СССР являлось для Гитлера конечной целью всей военной деятельности. Дескать, победа над большевистским СССР и была главной причиной Мировой Войны. Ну и конечно, для того Франция и Англия Гитлера к власти и привели, и Германию вооружали, и Чехословакию Гитлеру «сдали» - только ради того, чтоб он на СССР напал.

Как и прочие совковые мифы - это представление не является правдой. Конечной целью Мировой Войны Гитлер видел мировое господство - в самом прямом смысле этого слова.

В 1940 году, когда план нападения на СССР уже был составлен во всех деталях и начата подготовка к его выполнению, Гитлер и Германский генштаб крайне низко оценивали Красную Армию. Поэтому планировалось провести «Барбароссу» в довольно сжатые сроки и уже осенью преступить к следующим операциям. И намечались эти операции вовсе не против СССР (считалось, что после выхода немецких войск на рубеж Архангельск - Волга, остатки СССР не будут представлять военной угрозы) - целью операций был захват Ближнего Востока, Западной Африки и Гибралтара.

За зиму 1940-1941 немецкими генштабистами было проведено предварительное планирование этих операций и к лету были созданы подробные планы. Важнейшим документом, определявшим весь комплекс военно-стратегических мероприятий, стала директива ОКВ № 32 от 11 июня 1941 года «Подготовка к периоду после осуществления плана «Барбаросса», в которой заявлялось: «После достижения целей операции «Барбаросса» дивизии вермахта должны будут вести борьбу против британских позиций на Средиземном море и в Передней Азии путем концентрической атаки из Ливии через Египет, из Болгарии - через Турцию, а также, в зависимости от обстановки, из Закавказья - через Иран». Начальник штаба оперативного руководства верховного главнокомандования вермахта Йодль 19 июня 1941 года направил эту директиву главнокомандующим видами вооруженных сил, и она послужила основой для составления конкретных планов подготовки сил и средств для будущих операций. Уже с конца августа 1941 года немецкие военачальники намеревались начать отвод из пределов Советского Союза части войск, предназначенных для выполнения очередных завоевательных задач. К этому же времени должны были быть сформированы новые части для пополнения немецких сил в Северной Африке. Оставшиеся в СССР силы должны были в период с ноября 1941 по сентябрь 1942 года провести операцию по овладению всем Кавказом и Закавказьем, создав один из плацдармов для наступления на Ближний Восток.

В директиве ОКВ № 32 планировалось проведение стратегической операции по захвату Ближнего Востока тремя концентрическими ударами:

с запада - из Ливии в направлении Египта и Суэца;

с северо-запада - из Болгарии через Турцию в направлении Сирии и Палестины;

с севера - из Закавказья через Иран в нефтеносные районы Ирака с выходом к Персидскому заливу у Басры.

Именно с этой операцией связан стратегический смысл появления африканского корпуса Роммеля в Северной Африке. Немцы бросили туда войска вовсе не для того, чтобы от доброты душевной помочь итальянцам или просто повоевать с англичанами. Роммель должен был обеспечить прочный плацдарм для удара на Египет, захвата Суэцкого канала и дальнейшей оккупации всего Ближнего Востока. В середине мая 1941 года гитлеровское командование рассчитывало, что для вторжения с ливийской территории в Египет будет достаточно четырех танковых и трех моторизованных дивизий. 30 июня 1941 года штаб Йодля известил немецкого представителя при итальянской ставке, что наступление на Египет запланировано на осень, а африканский корпус под командованием Роммеля будет к тому времени преобразован в танковую группу.

Тогда же был подготовлен «План наступления через Кавказ»: на оккупированной территории советского Закавказья предусматривалось создать оперативную группу «Кавказ-Иран» в составе двух танковых, одной моторизованной и двух горнострелковых дивизий для осуществления операций в направлении Ближнего Востока. Немецкие войска должны были выйти в район Тебриза и в июле - сентябре 1942 года начать вторжение в Иран.

Для наступления с третьего направления - через Болгарию и Турцию - 21 июля был создан особый штаб «Ф» под руководством генерала Фельми. Он должен был стать основой для формирования военной группировки для вторжения, а также «центральной инстанцией, занимающейся всеми вопросами арабского мира, касающимися вермахта». Особый штаб «Ф» формировался из немецких офицеров, знавших восточные языки, арабов и других представителей ближневосточных национальностей. Предполагалось, что к времени начала операции Турция уже перейдет на сторону Германии либо предоставить свою территорию для переброски войск. В случае отказа Турции, директива № 32 предписывала «сломить ее сопротивление силой оружия». Также содействие немцам должна была оказать и Сирия, являвшаяся в то время протекторатом вишисткой Франции.

Готовилась немцами и «пятая колонна». В Германии муфтием Хадж Амином аль-Хусейни была развернута подготовка специальных проповедников - так называемых «войсковых мулл», которые должны были поднимать местное население на восстания против англичан, пропагандировать за поддержку немецких войск, создавать повстанческие отряды и поддерживать боевой дух в арабских подразделениях, которые должны были быть сформированы для помощи Вермахту. Абвером на территории Ближнего Востока была создана широкая подпольная сеть повстанческих организаций. Это было сделать достаточно легко, поскольку арабы тогда жаждали вырваться из-под протекторатов Англии и Франции. Позднее Абвер смог организовать несколько восстаний в Ираке, Сирии и Саудовской Аравии - но англичане их быстро подавили.

Начало войны с Советским Союзом ничуть не притормозило планирование операций по захвату ближнего Востока. 3 июля 1941 года Гальдер писал в своем дневнике: «Подготовка наступления в направлении междуречья Нила и Евфрата как со стороны Киренаики, так и через Анатолию и, возможно, с Кавказа на Иран. Первое направление, которое постоянно будет зависеть от подвоза через море и потому останется подверженным всяким не поддающимся учету случайностям, будет второстепенным театром военных действий и предоставлено главным образом итальянским силам... Операция через Анатолию против Сирии в сочетании с вспомогательной операцией с Кавказа будет начата после развертывания необходимых сил в Болгарии, которые одновременно следует использовать для политического давления на Турцию, чтобы добиться пропуска через нее войск».

Англичане трезво оценивали захват Ближнего Востока немцами, как катастрофу: «Наши силы на Среднем Востоке должны прикрыть важнейшие запасы нефти в Ираке и Иране и не допустить выхода немцев к базам Индийского океана. Потеря Среднего Востока вызовет немедленное падение Турции, что откроет Германии дорогу на Кавказ, а южный маршрут через Иран, по которому осуществляется снабжение русских, окажется перерезанным». Не удивительно, что США и Англия предлагали Сталину к лету 1942 года перебросить для защиты Кавказа 20 американских и английских авиаэскадрилий, а позднее перебросить на Кавказ части 10-й английской армии. Но Сталин эти предложения отверг: то ли потому, что на тот момент был воодушевлен успехами Красной Армии зимой 1941-1942 и полагал, что опасность Кавказу не угрожает, то ли потому, что не доверял союзникам и боялся сосредоточения союзный войск рядом с главным источником нефти Советского Союза.

Другой операцией, намечавшейся сразу после завершения «Барбароссы», была операция «Феликс». Вообще-то эту операцию спланировали еще летом 1940-го, а приказ о её осуществлении был отдан в директиве ОКВ № 18 от 12 ноября 1940 года. Предусматривалось «захватить Гибралтар и закрыть пролив для прохода английских судов; держать наготове группу войск, чтобы немедленно занять Португалию, если англичане нарушат ее нейтралитет или же если она сама не займет строго нейтральной позиции; подготовить транспортировку после занятия Гибралтара 1—2 дивизий (в том числе 3-й танковой дивизии) в испанское Марокко для охраны Гибралтарского пролива и района Северо-Западной Африки».

Крайним сроком проведения операции устанавливалось 10 января 1941 года, но немцам, как всегда, не повезло с союзниками: Франко категорически отказал немцам не только в помощи, но и в предоставлении территории Испании для переброски войск к Гибралтару. Для оправдания отказа Франко выдвинул массу причин: экономическую слабость Испании, недостаток продовольствия, неразрешимость транспортной проблемы, потерю в случае вступления в войну испанских колоний и т.п. (когда сильно «не хочется», оправдания всегда найдутся).

Тогда Гитлер не решился идти на прямой конфликт с Испанией. Но с разгромом Советского Союза политическая ситуация в Европе должна была полностью изменится. Теперь уже Гитлер мог бы не церемонится с Франко (да у того бы и выбора бы не было - как отказать фактическому гегемону Европы?). Планы операции несколько изменились: предполагалось ударить и по Гибралтару (с территории Испании), и одновременно оккупировать испанское Марокко ударом из Ливии. Конечной целью операции являлось включение Пиренейского полуострова в состав территорий, полностью подконтрольных державам «оси», и изгнание английского флота из Средиземного моря.

Следующим важнейшим стратегическим шагом, также спланированным нацистским командованием ещё до нападения на СССР, стал план операции по захвату Индии. Приказ о начале планирования операции по захвату Индии через Афганистан исходил от самого фюрера. Начальник немецкого Генштаба Гальдер 17 февраля 1941 года постановил «после окончания восточной кампании необходимо предусмотреть захват Афганистана и наступление на Индию». А в апреле 1941 года Генштаб доложил Гитлеру о завершении черновой работы над данным планом. По расчетам немецкого командования, для ее проведения были необходимы 17 немецких дивизий.

Немцы готовились уже к осени 1941 года создать базу для операции в Афганистане, где бы они могли сосредоточить войска. План под кодовым названием "Аманулла" предусматривал мероприятия по обеспечению похода германских войск в Афганистан и далее в Индию. Частью плана являлась подготовка мощного антианглийского восстания индийских мусульман, которое должно было вспыхнуть при появлении солдат вермахта у индийской границы. Для работы с местным населением Афганистана и Индии предполагалось выделить значительную часть «войсковых мулл».

Захват Индии, по замыслам руководства нацисткой Германии, должен был окончательно подкосить мощь Британской Империи и вынудить её капитулировать. Другим немаловажным результатом захвата Ближнего Востока и Индии было установление прямой стратегической связи между Германией и Японией, что позволяло очистить от противников «оси» просторы Индийского Океана от Африки до Австралии.

Но и на этом не остановился «берлинский мечтатель». В 1940-1941 были сформулированы программные установки нацистского руководства, предусматривавшие распространение власти Германии и на американский континент. 25 июля 1941 года Гитлер на совещании с главнокомандующим ВМС заявил, что по окончании «Восточного похода» он «намерен предпринять энергичные действия против США». Начать войну планировалось уже осенью 1941 года с бомбардировок городов на востоке Америки. Для этого в ходе операции «Икар» планировалось занять Азорские острова, Исландию и создать опорные пункты на западном побережье Африки.

Первым этапом вторжения в Америку должен был стать захват Бразилии - а затем и всей Южной Америки. Из секретной карты, добытой американской разведкой у германского дипкурьера в Бразилии в годы войны, видно, что гитлеровцы намеревались полностью перекроить карту Латинской Америки и создать из 14 государств 5 вассальных стран. Вторжение в Канаду и США предполагалось осуществить, произведя высадку морских десантов с баз, располагавшихся в Гренландии, Исландии, на Азорских островах и в Бразилии (на Восточное побережье Северной Америки) и с Алеутских и Гавайских островов (на Западное побережье).

О конечных целях нацистской Германии можно судить по следующему высказыванию рейхсфюрера СС Гиммлера: «К концу этой войны, когда Россия, в конце концов, истощится или будет устранена, а Англия и Америка не вынесут войны, для нас возникнет задача создания мировой империи. В этой войне мы добьемся, чтобы все, что в предшествующие годы, с 1938 года, было присоединено к немецкой, к великонемецкой и затем Великогерманской империи, осталось в нашем владении. Война ведется во имя того, чтобы проложить дорогу на Восток, чтобы Германия стала мировой империей, чтобы была основана германская мировая империя».

После нападения на СССР немецкое командование продолжало заниматься подготовкой планов операций, последующих «Барбароссе», но все нарастающая ожесточенность сопротивления Красной Армии уже к зиме 1941-1942 года заставила генералов отказаться от этих прожектов. Уже весной 1942 года, в ответ на предложение военно-морского командования Германии нового плана по захвату Египта и установлению связи с Японией, начальник Генштаба Гальдер ограничился лишь саркастическим замечанием: « …представления о военной обстановке, существующие в штабе руководства морскими операциями, резко отличаются от нашей трезвой оценки положения вещей. Люди бредят там континентами. Исходя из прежних достижений вермахта, они полагают, что только от нашего желания зависит, выйдем ли мы, и если да, то когда, к Персидскому заливу, наступая по суше через Кавказ, или к Суэцкому каналу… Проблемы Атлантики рассматриваются ими с высокомерием, а проблемы Черного моря - с преступным легкомыслием». Поражение под Сталинградом и вовсе поставила на планах захвата мирового господства крест - перед Германией уже стояла только одна задача: избежать поражения в войне.

Подытоживая все вышесказанное, напрашиваются два вывода.

Первый - вполне очевиден: Советский Союз (вместе с союзниками, разумеется) грудью стал на пути нацизма и не позволил возникнуть Мировой Империи Зла. На полном серьезе! :)))))))))

Второй не так очевиден (а для многих - и просто недоступен): сказка о том, что Запад (Англия и Франция) якобы целенамеренно толкал Германию на войну с СССР - ложна. Китайская притча про умную обезьяну, наблюдающую за схваткой двух тигров, вовсе не является применимой ко всем случаям, несмотря на всю её банальную очевидность. Поражение Германии или СССР в этой схватке неизбежно означало бы неимоверное усиление победителя: Германия в придачу к своим передовым промышленным технологиям получил бы огромные природные ресурсы и ресурсы рабочей силы, СССР - получил бы немецкие технологии и их носителей (инженеров, технологов, ученых). И - главное: победитель становился единственной реальной силой в Европе.

Даже если бы Франция уцелела к моменту окончания войны между Германией и СССР - она могла разве что оборонять свои границы, противодействовать захвату Ближнего Востока или другой агрессий она бы не смогла. Англия, обладавшая сухопутной армией в разы меньшей, чем французская, не могла бы противостоять этому тем более. Вот поэтому Англия так старалась наладить дипломатические отношения с СССР в первой половине 1941 года, поэтому стала оказывать помощь поставками вооружения, техники и других товаров уже в конце лета 1941 - поражение СССР означал бы для Англии неминуемый крах и капитуляцию.

1 августа 1940 г. Эрих Маркс представил первый вариант плана войны против СССР. В основу этого варианта была положена идея быстротечной, молниеносной войны, в результате которой намечался выход германских войск на линию Ростов - Горький - Архангельск, а в дальнейшем - до Урала. Решающее значение отводилось захвату Москвы. Эрих Маркс исходил из того, что Москва - «сердце советского военно-политического и экономического могущества, ее захват приведет к прекращению советского сопротивления».

По этому плану предусматривалась нанесение двух ударов - севернее и южнее Полесья. Северный удар намечался как главный. Его предполагалось нанести между Брест-Литовском и Гумбиненом через Прибалтику и Белоруссию в направлении на Москву. Южный удар планировалось осуществить из юго-восточной части Польши в направлении на Киев. Кроме этих ударов, намечалась «частная операция по овладению районом Баку». На осуществление плана отводилось от 9 до 17 недель.

План Эриха Маркса был разыгран в штабе верховного главнокомандования под руководством генерала Паулюса. Эта проверка выявила серьезный недостаток представленного варианта: он игнорировал возможность сильных фланговых контрударов советских, войск с севера, и юга, способных сорвать продвижение основной группировки к Москве. Штаб верховного главнокомандования решил пересмотреть план.

В связи с сообщением Кейтеля о плохой инженерной подготовке плацдарма для нападения на СССР гитлеровское командование 9 августа 1940 г. издало приказ под названием «Ауфбау Ост». В нем намечались мероприятия по подготовке театра военных действий против СССР, ремонт и сооружение железных и шоссейных дорог мостов, казарм, госпиталей, аэродромов, складов и т. д. Все интенсивнее проводилась переброска войск. 6 сентября 1940 г. Йодль отдал распоряжение, в котором говорилось: «Приказываю увеличить численность оккупационных войск на востоке в течение следующих недель. По соображениям безопасности в России не должно создаваться впечатление, что Германия готовится к наступлению в восточном направлении».

5денабря 1940 г. на очередном секретном военном совещании был заслушан доклад Гальдера о плане «Отто», как первоначально был назван план войны против СССР, и о результатах штабных учений. В соответствии с итогами проведенных учений намечалось до взятия Москвы уничтожить фланговые группировки Красной Армии путем развития наступления на Киев и Ленинград. В таком виде план был утвержден. Сомнений в его реализации не возникало. Поддержанный всеми присутствующими, Гитлер заявил: «Следует ожидать, что русская армия при первом же ударе немецких войск потерпит еще большее поражение, чем армия Франции в 1940 г.»3. Гитлер требовал, чтобы в плане войны было предусмотрено полное уничтожение всех боеспособных сил на советской территории.

Участники совещания не сомневались, что война против СССР будет завершена быстро; указывался и CPOK~ недель. Поэтому зимним обмундированием намечалось обеспечить только пятую часть личного состава, гитлеровский генерал Гудериан признает в своих воспоминаниях, изданных п6сле войны: «В Верховном Командовании вооруженных сил и в главном командовании сухопутных сил так уверенно рассчитывали закончить кампанию к началу зимы, что в сухопутных войсках Зимнее обмундирование было предусмотрено только для каждого пятого солдата». Германские генералы пытались впоследствии переложить вину за неподготовленность войск зимней кампании на Гитлера. Но Гудериан не скрывает, что в этом был повинен и генералитет. Он пишет: «Я не могу согласиться с распространенным мнением, что только один Гитлер виноват в отсутствии зимнего обмундирования осенью 1941 г.»4.

Гитлер выражал не только свое мнение, но и мнение германских империалистов и генералитета, когда он со свойственной ему самоуверенностью говорил в кругу приближенных: «Я не сделаю такой ошибки, как Наполеон; когда я пойду на Москву, я выступлю достаточно рано, чтобы достичь ее до зимы».

На другой день после совещания, 6 декабря, Йодль поручил генералу Варлимонту составить директиву о войне против СССР на основе решений, принятых на совещаниях. Шесть дней спустя Варлимонт представил текст директивы за № 21 йодлю, который внес в него несколько исправлений, а 17 декабря ее вручили Гитлеру на подпись. На следующий день директива была утверждена под названием операция «Барбаросса».

При встрече с Гитлером в апреле 1941 г. германский посол, в Москве граф фон Шуленбург пытался высказать свои сомнения в реальности плана, войны против СССР. НО он добился лишь того, что навсегда попал в немилость.

Немецко-фашистский генералитет разработал и ввел в действие план войны против СССР, отвечавший самым разбойничьим вожделениям империалистов. Военные руководители Германии единогласно высказались за осуществление этого плана. Только после поражения Германии в войне против СССР битые фашистские полководцы для самореабилитации выдвинули фальшивую версию, будто бы они возражали против нападения на СССР, но Гитлер-де, несмотря на оказанное ему противодействие, все же развязал войну на Востоке. Так, например, западногерманский генерал Бтоментрит, в прошлом активный гитлеровец, пишет, что Рундштедт, Браухич, Гальдер отговаривали Гитлера от войны с Россией. «Но все это не принесло никаких результатов. Гитлер настаивал на своем. Твердой рукой он взялся за штурвал и повел Германию на скалы полного поражения». В действительности же не только «фюрер», но и весь германский генералитет верил в «блицкриг», в возможность быстрой победы над СССР.

В директиве №21 говорилось: «Немецкие вооруженные силы должны быть готовы к тому, чтобы еще до окончания войны с Англией победить путём быстротечной военной операции Советскую Россию» - основная идея плана войны определялась в директиве так: «Находящиеся в западной части России войсковые массы русской армии должны быть уничтожены в смелых операциях с глубоким продвижением танковых частей. Следует воспрепятствовать отступлению боеспособных частей в просторы русской территории... Конечной целью операции является отгородиться от азиатской России общей линии Архангельск – Волга».

31 января 1941 г. ставка главного командования сухопутных войск Германии издала «Директиву по сосредоточению войск», которая излагала общий замысел командования, определяла задачи групп армий, а также давала указания по дислокации штабов, разграничительными линиями, взаимодействию с флотом и авиацией и т. д. Эта директива, определяя «первое намерение» германской армии, ставила перед ней задачу «расколоть фронт главных сил русской армии, сосредоточенных в западной части России, быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот и, используя этот прорыв, уничтожить разобщенные группировки вражеских войск».

Таким образом, намечались два основных направления для наступления германских войск: южнее и севернее Полесья. Севернее Полесья наносился главный удар двумя группами армий: «Центр» и «Север». Их задача была определена следующим образом: «Севернее Припятских болот наступает группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала фон Бока. Введя в бой мощные танковые соединения, она осуществляет прорыв из района Варшава и Сувалки в направлении Смоленска; поворачивает затем танковые войска на север и уничтожает совместно с финской армией и подброшенными для этого из Норвегии немецкими войсками окончательно лишает противника последних оборонительных возможностей в северной части России. В результате этих операций будет обеспечена свобода маневра для выполнения последующих задач во взаимодействии с немецкими войсками, наступающими в южной части России.

В случае внезапного и полного разгрома русских сил на севере России поворот войск на север отпадает и может встать вопрос о немедленном ударе на Москву».

Южнее Полесья намечалось развернуть наступление силами группы армий «Юг». Ее задача определялась следующим образом: «Южнее Припятских болот группа армий «Юг» под командованием генерал-фельдмаршала Руцдштедта, используя стремительный удар мощных танковых соединений из района Люблина, отрезает советские войска, находящиеся в Галиции и Западной Украине, от их коммуникаций на Днепре, захватывает переправы через реку Днепр в районе Киева и южнее его обеспечивает, таким образом, свободу маневра для решения последующих задач во взаимодействии с войсками, действующими севернее, или же выполнение новых задач на юге России».

Важнейшая стратегическая цель плана «Барбаросса» заключалась в том, чтобы уничтожить основные силы Красной Армии, сосредоточенные в западной части Советского Союза, и захватить важные в военном и экономическом отношении районы. В дальнейшем немецкие войска на центральном направлении рассчитывали быстро выйти к Москве и овладеть ею, а на юге - занять Донецкий бассейн. В плане большое значение придавалось захвату Москвы, что должно было, по замыслу немецкого командования, принести Германии решающий политический, военный и экономический успех. Гитлеровское командование полагало, что его план войны против СССР будет осуществлен с немецкой точностью.

В январе 1941 г. каждая из трех групп армий получила предварительную задачу согласно директиве №21 и приказ провести военную игру, чтобы проверить предполагаемый ход боев и получить материал для детальной разработки оперативного плана.

В связи с намеченным нападением Германии на Югославию и Грецию начало военных действий против СССР было отложено на 4-5 недель. 3 апреля главное командование отдало приказ, в котором говорилось: «Время начало операции «Барбаросса» вследствие проведения операции на Балканах переносится, по меньшей мере, на 4 недели» ". 30 апреля верховное командование вооруженных сил Германии приняло предварительное решение напасть на СССР 22 июня 1941 г. Усиленная переброска германских войск к советской границе началась с февраля 1941г. Танковые и моторизированные дивизии подтягивались в последнюю очередь, чтобы не раскрыть преждевременного плана нападения.

На начальных этапах войны у немецкого руководства были все шансы захватить Ленинград. И, тем не менее, этого не произошло. Судьбу города, помимо мужества его жителей, решили многие факторы.

Осада или штурм?

Изначально план «Барбаросса» предполагал быстрое взятие города на Неве группой армий «Север», но среди немецкого командования не было единства: некоторые генералы вермахта считали, что город нужно захватить, другие же, в числе которых был начальник генерального штаба, Франц Гальдер, предполагали, что можно обойтись блокадой.

В начале июля 1941 года Гальдер сделал в своём дневнике следующую запись: «4-я танковая группа должна выставить заслоны с севера и юга от Чудского озера и оцепить Ленинград». Эта запись ещё не позволяет говорить о том, что Гальдер решил ограничиться блокадой города, но упоминание слова «оцепить» уже говорит нам о том, что он не планировал взять город сходу.

Сам Гитлер выступал за захват города, руководствуясь в данном случае скорее экономическими, нежели политическими аспектами. Немецкой армии была необходима возможность беспрепятственного судоходства в Балтийском заливе.

Лужский провал ленинградского блицкрига

Советское командование понимало всю важность обороны Ленинграда, после Москвы это был важнейший политический и экономический центр СССР. В городе располагался Кировский машиностроительный завод, производящий новейшие тяжелые танки типа «КВ», которые сыграли далеко не последнюю роль в обороне Ленинграда. Да и само название – «Город Ленина» - не позволяло сдать его врагу.

Итак, обе стороны понимали важность захвата Северной столицы. Советская сторона начала строительство укрепрайонов в местах возможных ударов немецких войск. Самый мощный, в районе Лужек, включал в себя более шестисот ДЗОТов и ДОТов. На второй неделе июля немецкая четвёртая танковая группа вышла на этот рубеж обороны и не смогла сходу преодолеть его, здесь и произошел крах немецкого плана ленинградского блицкрига.

Гитлер, недовольный задержкой наступательной операции и постоянными запросами подкрепления из группы армий «Север», лично посетил фронт, однозначно дав понять генералам, что город должен быть взят и как можно скорее.

Головокружение от успеха

По итогам визита фюрера немцы произвели перегруппировку сил и в начале августа прорвали Лужскую линию обороны, стремительно захватив Новгород, Шиимск, Чудово. К концу лета вермахт достиг максимального успеха на этом участке фронта и перекрыл последнюю железную дорогу, идущую в Ленинград.

К началу осени казалось, что Ленинград вот-вот будет взят, но Гитлер, уделявший основное внимание плану взятия Москвы и считавший, что с захватом столицы война против СССР будет практически выиграна, приказал перебросить наиболее боеспособные танковые и пехотные части из группы армий «Север» под Москву. Характер боёв под Ленинградом сразу изменился: если раньше немецкие части стремились прорвать оборону и захватить город, то теперь в первую очередь ставилась задача уничтожения промышленности и инфраструктуры.

«Третий вариант»

Отвод войск оказался роковой ошибкой для планов Гитлера. Оставшихся войск для наступления не хватало, а окруженные советские части, узнав о замешательстве врага, всеми силами пытались прорвать блокаду. В итоге немцам не оставалось ничего, кроме как перейти к обороне, ограничившись беспорядочным обстрелом города с дальних позиций. О дальнейшем наступлении не могло идти и речи, главной задачей стало сохранение осадного кольца вокруг города. В сложившейся ситуации, у немецкого командования осталось три варианта действий:

1. Взятие города после завершения окружения;
2. Разрушение города с помощью артиллерии и авиации;
3. Попытка истощить ресурсы Ленинграда и принудить его к капитуляции.

На первый вариант Гитлер первоначально возлагал самые большие надежды, но он недооценил важность Ленинграда для Советов, а также стойкость и мужество его жителей.
Второй вариант, по оценкам экспертов, был провален сам по себе - плотность средств ПВО в некоторых районах Ленинграда в 5-8 раз превосходила плотность ПВО Берлина и Лондона, а количество задействованных орудий не позволяло нанести фатальный урон инфраструктуре города.

Таким образом, третий вариант оставался последней надеждой Гитлера на взятие города. Он вылился в два года и пять месяцев ожесточенного противостояния.

Окружение и голод

К середине сентября 1941 года немецкая армия полностью окружила город. Бомбежка не прекращалась: целями становились гражданские объекты: продовольственные склады, крупные заводы пищевой промышленности.

С июня 1941 года по октябрь 1942 года из Ленинграда эвакуировали многих жителей города. Сначала, впрочем, весьма неохотно, поскольку никто не верил в затяжную войну, и уж тем более не могли представить, насколько ужасными будут блокада и бои за город на Неве. Детей эвакуировали в Ленинградскую область, однако ненадолго – большинство этих территорий вскоре были захвачены немцами и многих детей вернули обратно.

Теперь главным врагом СССР в Ленинграде стал голод. Именно он, согласно планам Гитлера, должен был сыграть решающую роль в сдаче города. В попытках наладить продовольственное снабжение, Красная армия неоднократно предпринимала попытки прорыва блокады, организовывались «партизанские обозы», доставляющие в город продовольствие прямо через линию фронта.

Руководство Ленинграда также прикладывало все силы для борьбы с голодом. В страшные для населения ноябрь и декабрь 1941 года началось активное строительство предприятий, производящих пищевые заменители. Впервые в истории хлеб начали выпекать из целлюлозы и подсолнечного жмыха, в производстве мясных полуфабрикатов стали активно применять субпродукты, которые раньше использовать в производстве пищи никому бы не пришло в голову.

Зимой 1941 продовольственный паёк достиг рекордного минимума: 125 граммов хлеба на человека. Выдача других продуктов практически не производилась. Город оказался на грани вымирания. Холод тоже стал суровым испытанием, температура опускалась до -32 по Цельсию. А отрицательная температура держалась в Ленинграде 6 месяцев. Зимой 1941-1942 года погибло четверть миллиона человек.

Роль диверсантов

Первые месяцы осады немцы практически беспрепятственно обстреливали Ленинград из артиллерии. Они перебросили к городу самые тяжелые из имевшихся у них орудий, установленные на железнодорожных платформах, эти орудия способны были бить на дистанцию вплоть до 28 км, 800-900 килограммовыми снарядами. В ответ на это Советское командование стало разворачивать контрбатарейную борьбу, формировались отряды разведчиков и диверсантов, которые обнаруживали расположение дальнобойной артиллерии вермахта. Существенную помощь в организации контрбатарейной борьбы оказывал Балтийский флот, корабельная артиллерия которого била с флангов и тыла артиллерийских соединений немцев.

Межнациональный фактор

Немалую роль в провале планов Гитлера сыграли его «союзники». Помимо немцев в осаде участвовали финны, шведы, итальянские и испанские части. Испания официально не участвовала в войне против Советского Союза, за исключением добровольческой «Голубой дивизии». На ее счет есть различные мнения. Одни отмечают стойкость ее бойцов, другие – полное отсутствие дисциплины и массовое дезертирство, солдаты часто переходили на сторону Красной армии. Италия предоставила торпедные катера, но их сухопутные действия успеха не принесли.

«Дорога победы»

Окончательно крах плана захвата Ленинграда наступил 12 января 1943 года, именно в этот момент советское командование начало проведение операции «Искра» и после 6 дней ожесточенных боёв, 18 января, блокада была прорвана. Сразу после этого была проложена железная дорога в осаждённый город, названная впоследствии «Дорога победы» и известная также как «Коридор смерти». Дорога проходила настолько близко к военным действиям, что немецкие части часто обстреливали поезда из пушек. Тем не менее, поток припасов и продовольствия хлынул в город. Предприятия стали производить продукцию по планам мирного времени, на прилавках магазинов появились конфеты и шоколад.

На самом деле кольцо вокруг города держалось ещё целый год, но кольцо окружения было уже не таким плотным, город успешно снабжался ресурсами, да и общая ситуация на фронтах не позволяла больше Гитлеру строить таких амбициозных планов.

Последнее наступление Гитлера. Разгром танковой элиты Рейха Васильченко Андрей Вячеславович

Глава 1 Планы Гитлера после Арденн

Планы Гитлера после Арденн

Во время событий, описанных в предыдущих главах, на Западном фронте вовсю разворачивалось немецкое наступление в Арденнах. Генерал-полковник Гудериан заблаговременно рекомендовал отказаться от осуществления данной операции, так как даже в случае ее успеха затраты на ее осуществление были бы неимоверно большими. Тем не менее Гитлер, генерал-фельдмаршал Кейтель (Верховное командование Вермахта) и генерал-полковник Йодль (Штаб оперативного руководства Вермахтом) предпочли не принимать доводы Гудериана к сведению. Они полагали, что Арденнское наступление может стать переломным моментом во всей Второй мировой войне.

24 декабря 1944 года (в день, когда уже замкнулось кольцо окружения вокруг Будапешта) Гудериан прибыл в Ставку Гитлера «Орлиное гнездо», расположенную в Цигенберге (Гессен). Он намеревался категорично потребовать отмены запланированной на Западном фронте операции. Он считал ее ненужной тратой времени и сил, в которых он так остро нуждался на Восточном фронте. Он говорил о подавляющем численном превосходстве советских войск, о 15-кратном перевесе в наземных вооружениях и почти 20-кратном в воздухе. Причем эти слова не были каким-то преувеличением. Сам Гудериан знал о том, что советское командование планировало в районе 12 января начать генеральное наступление. Но Гитлера эти слова не тронули. Он равнодушно ответил: «Это самый большой обман Чингисхана. Кто сообщил вам подобную глупость?» Находившийся рядом рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, который к тому моменту стал активно вмешиваться в военные дела, поддакнул: «Это всего лишь грандиозная дезинформация. Я твердо уверен в том, что на Восточном фронте ничего не происходит». Гудериан не смог ничего изменить. Более того, как мы помним, из Польши был отозван IV танковый корпус СС. Против воли Гудериана он был переброшен с Вислы в Венгрию.

Во время сражения в Арденнах, несмотря на предупреждения немецких стратегов, Гитлер так и не смог набраться духу, чтобы перенести эпицентр наступления от 6-й танковой армии, у которой «провисал» правый фланг, к 5-й танковой армии, которая более всего преуспела во время данной операции. Поскольку фюрер упрямо придерживался изначально придуманного им плана, то наступление вконец сбилось и заглохло. Когда 26 декабря все-таки было принято решение о переносе «центра тяжести» наносимого немцами удара, то (как, впрочем, часто в подобных ситуациях) было уже слишком поздно.

На громадном участке фронта немецкая армия почти моментально была вынуждена перейти от наступления к обороне. Но Гитлер не оставлял надежды все-таки успешно завершить Арденнское наступление. Он принял предложение Главнокомандующего на Западе генерал-фельдмаршала Рундштедта (начальник штаба - генерал кавалерии Вестфаль) начать отвлекающую операцию в Северном Эльзасе. Эта операция получила кодовое название «Северный ветер». Началась она одновременно с операцией «Конрад» I января 1945 года. Поначалу все шло достаточно неплохо, но к середине января и она стала затухать.

В первые дни 1945 года у Гитлера созрело новое решение. Он задумал отозвать из Арденн 6-ю танковую армию СС, пополнить ее, а после этого перебросить на Восточный фронт. Немецкое командование армии пока еще не было готово признать провал арденнского наступления, но в силу огромных человеческих и материальных потерь среди генералитета стало распространяться недовольство. Генерал Типпельскирх писал по этому поводу:

«Во время отступления мы потеряли танков и штурмовых орудий больше, чем во время всего наступления. Это был очень сильный удар по психологическому настрою в частях. Особенно угнетающе действовал вид подтянувшихся с Запада подразделений СС. Даже если они должны были быть пополнены, чтобы далее использоваться на другом участке фронта, все равно это производило неблагоприятное впечатление на армейские части, так как теперь основная тяжесть сражения должна была лечь на их плечи. Это было огромным психологическим просчетом, что, впрочем, никогда никак не сказывалось на фронтовых отношениях чинов СС и армейских служащих».

Показательно, что именно неудачно спланированная Гитлером арденнская операция стала отправной точкой его глубокого разочарования в собственных же формированиях Ваффен-СС. Английский историк Лидцел Гарт отмечал на этот счет: «Этот провал испортил всю репутацию Ваффен-СС».

Впрочем, адъютант Гитлера Отто Гюнше говорил об этом несколько иное: «В то время у меня не сложилось впечатления, что фюрер в провале Арденнского наступления винил именно части Ваффен-СС». Но к этому сюжету мы вернемся несколько позже.

Во время оперативного совещания, на котором присутствовали Главнокомандующий Люфтваффе рейхсмаршал Герман Геринг и командующий группой армий «Запад» генерал-фельдмаршал Рундштедт, Гитлер объявил о своем намерении снять с Западного фронта 6-ю танковую армию, чтобы создать на ее основе мощный резерв. В тот момент о переброске ее на Восточный фронт, как того требовал генерал-полковник Гудериан, не было произнесено ни слова.

Продолжительное время не удавалось начать отвод этого «резерва Верховного командования Вермахта», так как англо-американские войска почти со всех сторон атаковали 6-ю танковую армию. Кроме этого, ее исчезновение с Западного фронта было бы тут же отмечено западными самолетами-разведчиками. Переброска была связана также еще с одним риском - английская и американская авиация, господствовавшая в воздухе в данном регионе, могла нанести отходившей танковой армии огромный урон. В те дни западные штурмовики в буквальном смысле слова охотились за каждым транспортным средством, словно охотничьи собаки за зайцем. Как и на Восточном фронте, любые передвижения были возможны только ночью, но даже в этих условиях они были связаны с большими потерями. В то время как отвод 6-й танковой армии с Запада шел очень медленно, Гитлер принял решение все-таки перебросить ее после пополнения на Восточный фронт. Участок фронта, где должна была оказаться эта армада, еще не был определен.

Но события, стремительно развивавшиеся как на Восточном, так и на Западном фронтах, очень быстро повлияли на выбор Гитлера. 12 января 1945 года, в точности как и указывал Гудериан, началось генеральное наступление Красной Армии. День спустя активные действия начали и западные союзники. Гитлер пребывал в шоковом состоянии.

В ночь с 19 на 20 января 1945 года Рундштедт получил приказание готовиться в кратчайшие сроки вывести 6-ю. танковую армию. В 19 часов 20 января начался отвод I танкового корпуса СС, который направлялся «на Восток под Берлин».

Действительно ли планировал Гитлер оставить 6-ю армию под Берлином, или речь шла всего лишь об уловке, обманном маневре, который должен был ввести в заблуждение советскую разведку, до сих пор неизвестно. Но в любом случае два дня спустя, 22 января 1945 года, советские войска вышли к Одеру, а на другом участке части 3-го Украинского фронта вместе с болгарской армией стали угрожать нефтедобывающему району, расположенному в Западной Венгрии и у озера Балатон.

В тот момент квартирьерский персонал 6-й танковой армии СС был направлен в Бад-Сааров - местечко, расположенное в 50 километрах от Берлина на озере Шармютцель. Согласно первоначальному плану именно там должна была расположиться 6-я танковая армия.

Но на самом деле в тот момент Гитлер уже планировал взять в клещи части 3-го Украинского фронта. Один удар предполагалось нанести мобильными подразделениями из-под Секешфехервара (армейская группа Балка и 6-я танковая армия). Другой удар должны были осуществить несколько дивизий, форсировавших Драву (группа армий «Ф»). Они должны были наступать на город Печ. А еще один удар надо было нанести посередине, в районе города Надьканижи, то есть к югу от озера Балатон. Закрепившись в Западной Венгрии, Гитлер планировал обеспечить армию местной нефтью. После выполнения этой задачи большая часть танковых дивизий была бы направлена гораздо севернее на Вислу, в распоряжение командования группы армий «Центр».

В это время генерал-полковник Гудериан пытался увлечь Гитлера новыми идеями относительно использования на Восточном фронте высвободившихся на Западе танковых дивизий. Он предлагал атаковать с флангов клин советского наступления, пока оно еще не набрало обороты. Тщетно! Как всегда, Гитлер был непреклонен. Решение было принято, и уже ничто не могло заставить Гитлера его изменить. В те дни он бредил лишь «битвой за Венгрию во имя спасения нефтяных месторождений». На территорию Силезии эти дивизии могли быть перекинуты только тогда, когда в этой битве Германия одержала бы победу. Гудериан напрасно тратил время, пытаясь убедить фюрера перебросить 6-ю танковую армию на берега Одера. На все предложения Гитлер лишь иронично заметил: «Вы хотите наступать без нефти? Я не против, попробуйте, а я посмотрю, что у вас выйдет из этой затеи».

«Топливный вопрос» был тем самым определяющим фактором, который побудил Гитлера направить танковые дивизии СС не к Висле, в группу армий «Центр», а в Венгрию, передав их группе армий «Юг».

22 января генерал-полковник Йодль прокомментировал так называемую «позицию фюрера» (словосочетание, ставшее почти официальным оборотом):

«Фюрер вновь указал на огромное значение, которое имеют нефтяные области, расположенные к юго-западу от озера Балатон. Контроль над ними является решающим в деле дальнейшего ведения войны. А это обстоятельство требует от нас урегулировать ситуацию на пространстве между Будапештом и Балатоном. Это надо сделать немедленно всеми имеющимися силами, даже несмотря на то, что в результате подобного решения пострадают несколько оперативных соединений группы армий „А“ и „Центр“».

Точно так же свое решение обосновал Гитлер и во время беседы с Главнокомандующим военно-морскими силами Германии гросс-адмиралом Дёницем, которая состоялась 23 января в 16 часов:

«При обсуждении положения на Восточном фронте фюрер выстроил приоритетность связанных с ним задач. На первом месте стояли венгерская нефть и нефтедобывающая промышленность Венского бассейна, так как без этой нефти (а это 80 % всей нефтедобычи) последующее ведение войны было просто бессмысленным. На втором месте располагалась бухта Данцига как естественная предпосылка для продолжения ведения подводной войны и промышленный район Верхней Силезии как главный центр военной промышленности и крупнейший в рейхе угольный бассейн».

Собственно, «топливный вопрос» и связанная с ним добыча нефти для нацистской Германии выходят далеко за рамки данной книги. А потому при рассмотрении и оценке военных операций на территории Венгрии в 1945 году всегда надо иметь в виду данную проблематику. Гитлер не забыл опыт Первой мировой войны, когда Антанта буквально «купалась» в нефти.

Из книги Всадники равнин автора Брэнд Макс

Глава 25. ПЛАНЫ Великий Майк Джарвин нечасто снисходил до появления в миру. Но в былые времена, когда его талия была поуже, а рука вернее, Джарвин частенько объявлялся по другую сторону границы, там, где его никто не знал. Это давало ему огромные преимущества. Во-первых,

Из книги В тумане тысячелетий [с иллюстрациями] автора Лассвиц Курт

Глава 13 НЕУДАВШИЕСЯ ПЛАНЫ Грапп и Каплавут, простившись с Игуанодоном, решили пойти назад более короткой дорогой. Но туман, поднимавшийся с реки, искажал очертания предметов и задерживал движение. Не успели Клювоносы пройти и половины дороги, как на одной из высоких скал

Из книги Разгром автора Суворов Виктор

Глава 18 Так где же планы? Был ли в нашем мобплане 1941 года такой, сугубо оборонительный, вариант? Сомневаюсь. Если судить по воспоминаниям высшего военного руководства, то такого варианта не было. И слова Г. Жукова о том, что «как будто делалось всё зависящее от нас, чтобы

Из книги Генералиссимус. Книга 1. автора Карпов Владимир Васильевич

Планы Гитлера Сразу договоримся – не принимать во внимание карикатурные и надуманные выпады против Гитлера, которые долгое время применяла наша пропаганда, заявления о “бесноватости фюрера”, о том, что он “ефрейтор” с шизофреническими заскоками и т. п. Оставим это на

Из книги Первая мировая война автора Киган Джон

Глава 2. Военные планы Перед началом военной кампании или накануне сражения правители, полководцы, военачальники всегда составляли планы. Александр Македонский после тщательной подготовки в 334 году до н. э. начал поход против персов, завершившийся их полным разгромом в

Из книги Япония в войне 1941-1945 гг. [с иллюстрациями] автора Хаттори Такусиро

Из книги Немецкая оккупация Северной Европы. Боевые операции Третьего рейха. 1940-1945 автора Зимке Эрл

Глава 7 Планы и приготовления

Из книги Немецкие морские диверсанты во второй мировой войне автора Беккер Кайюс

Глава одиннадцатая. Планы соединения «К» Новые штурмовые средства: «Зеетойфель», «Швертвал», «Дельфин», «Гидра», «Зеедрахе», «Вал», «Торпедошлиттен» и их особенности. – Где чертежи? – План нападения на бензопровод в проливе Ла-Манш. – Сверхмалая подводная лодка в

Из книги СС - инструмент террора автора Уильямсон Гордон

ПЛАНЫ ГИТЛЕРА В ОТНОШЕНИИ ЧЕХОСЛОВАКИИ Чехословакия появилась на карте после Первой мировой войны, главным образом за счет земель бывшей Австро-Венгерской империи. Кроме того, новорожденному государству досталась населенная немцами Судетская область, лежащая к северу

Из книги Немецкая оккупация Северной Европы. 1940–1945 автора Зимке Эрл

Глава 7 Планы и приготовления

Из книги Япония в войне 1941-1945 гг. автора Хаттори Такусиро

ГЛАВА V ПЛАНЫ ПРОДВИЖЕНИЯ НА ЮГ После того как перед Японией встала перспектива длительной войны в Китае, она устремила свои взоры на районы Южных морей, богатые различными видами сырья. В Голландской Индии, например, ежегодно добывалось около 8 млн тонн нефти, что

Из книги Разрыв франко-русского союза автора Вандаль Альберт

ГЛАВА II. ПЛАНЫ ИМПЕРАТОРА Наполеон в начале 1811 г. – Будучи, по-видимому, владыкой мира, он сознает, что употребляемые им до сего дня средства укротить Англию и добиться всеобщего мира – недействительны. Блокада будет бесполезной, доколе она не будет повсеместной и

Из книги Броненосец «Слава». Непобежденный герой Моонзунда автора Виноградов Сергей Евгеньевич

Глава 4. Планы модернизации В течение всего периода своего нахождения в строю флота «Слава» регулярно служила объектом разнообразных инженерных инициатив, призванных улучшить ударные и защитные характеристики корабля. Эскадренный броненосец доцусимского типа, он уже

Из книги Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи о дагестанских войнах в период Шамиля [Блеск дагестанских шашек в некоторых шамилевских битвах] автора ал-Карахи Мухаммед Тахир

Глава об уходе имама из селения Анди после его сожжения и о том, что произошло после Когда русские приблизились к Бусраху, селения были уже сожжены. Русские вошли в Анди, а имам с некоторыми войсками вышел оттуда по дороге в противоположной части селения - к горе.

Из книги Германия в ХХ веке автора Ватлин Александр Юрьевич

Глава 4 Германия после Гитлера. Предыстория ФРГ Один из самых известных биографов Гитлера Иоахим Фест приводит следующее высказывание своего героя, датированное 1938 годом: «Немецкий народ пережил войны с римлянами… Немецкий народ пережил Тридцатилетнюю войну. Немецкий

Из книги Царский Рим в междуречье Оки и Волги. автора Носовский Глеб Владимирович

30. В истории архитектуры известно, что планы «античного» Рима эпохи Сервия Туллия «почему-то» удивительно похожи на планы московского Белого Города и московского Скородома Оказывается, историки архитектуры давно обратили внимание на любопытное обстоятельство.